20:15 Гагарин, Ренни и газетная полемика |
по вопросу , был голод или нет Продолжая начатый 13.11 и 15.11 рассказ о событиях 1867-1868 годов в Архангельске и губернии, напомню, что во втором посте говорилось о состоявшемся 31 марта 1868 года награждении губернатора Гагарина очередным орденом: ![]() Когда текст этого императорского соизволения был напечатан в газете «Архангельские губернские ведомости», то он положил конец пересудам, слухам и гаданиям, вызванным трёхмесячным отсутствием главы губернии. А слухов и предположений было множество: один полагали, что Гагарин удалён с должности и не вернётся, так как Александр Второй им очень недоволен — мол, иностранные газеты пишут о толпах голодающих на улицах Архангельска. Вторые — возражали, что в этом нет ничего чрезвычайного - так раньше было, так и будет, а значит, император лишь слегка пожурил. Третьи — утверждали, что от столичных знакомых им стало доподлинно известно, что скоро будет назначен новый губернатор... И вдруг в газете это извещение... После трёхмесячного расслабления и практически ничегонеделания, чиновникам пришлось срочно создать видимость работы и готовиться к приезду губернатора. И, конечно, встретить его с неописуемой радостью. Впрочем редакция газеты всё же попыталась её описать: ![]()
Задушевность напутственных пожеланий, с какими местное общество три месяца тому назад провожало отъезжавшего в столицу начальника губернии, было верным залогом непритворной радости за себя и за весь край, с какою то же общество встретит возвращение ставшего дорогим каждому из нас князя Сергея Павловича Гагарина.
Цитировать далее публикацию о проходившем весь день — 18 апреля 1868 года — в Благородном собрании торжестве, полагаю, нет необходимости, так как дальше следовали примерно те же слова и эпитеты, характеризующие угодливость и лицемерие местного чиновничества, ещё недавно совсем по-иному шептавшегося... Публикации следующего номера газеты свидетельствуют о том, что сразу после торжества губернатор Гагарин стал сводить счёты с теми, кто в его отсутствие осмелился на страницах столичных и зарубежных газет рассказать о реальном положении в Архангельской губернии. Прежде всего с игуменом Пертоминского монастыря Кириллом, который послал в «Санкт-Петербургские ведомости» воззвание с просьбой начать сбор средств в пользу голодающих губернии, и с британским консулом Чарльзом Ренни, с той же целью задействовавшим английские газеты: ![]() Зарубежной печатью Чарльз Ренни не ограничился — в 22-ом номере столичной газеты «Современные известия» была напечатана его корреспонденция о голоде: ![]() Нетрудно догадаться, какой гнев вызвала эта публикация у Гагарина, на момент её появления отдыхавшего в Петербурге. Однако редакцией столичной газеты рот не заткнёшь, а вот архангельской, понятно, можно. И за давнюю публикацию, в которой выражались слова благодарности Чарльзу Ренни, редактор «Архангельских губернских ведомостей» Л. Павлович получил нагоняй. Что же касается Чарльза Ренни, то он не испугался — публикации за его подписью вновь появились в столичных газетах, так как архангельская ему в этом отказывала: ![]() И полемика (на каждую публикацию в столичной прессе - ответ в архангельской газете) продолжалась долго, точнее, до той поры, когда редактору «Архангельских губернских ведомостей» Людвигу Ксаверьевичу Павловичу она не надоела, и он решил перебраться в тёплые края — в Пензу. ![]() А редактором газеты пришлось назначить Павла Чубинского, уже занимавшего эту должность, но отстранённого за помещение в газете «неправильных» публикаций. Пришлось, так как больше было некого — не поставишь же чиновника типа Акакия Акакиевича. Да, исполнительного, ни в чём начальству не перечившего, но для газетного дела бесполезного. А иных, судя по всему, тогда в Архангельске найти было невозможно. Однако и Чубинского должность обязывала, исполняя волю начальства, вступить в полемику с Ренни, который опять же на страницах столичных газет обвинил редакцию в чрезмерном восхвалении и губернатора и его супруги. Прошло несколько месяцев и перебраться в южном направлении решил и князь Гагарин — выхлопотал себе аналогичную должность в Саратове. И вскоре после его отъезда очередного присланного из Петербурга губернатора — Николая Качалова — местное чиновничество встречало опять же торжественно и вновь «с искренней любовью» и «со слезами умиления»... ______________________________________________________Предыдущий пост - Особняк Маляхинского-Мерзлютиных |
|
|
| Всего комментариев: 0 | |





