В одном из номеров за 1859 год издававшейся в Петербурге газеты «Русский мир» встретил несколько присланных из Архангельска корреспонденций. В первой из них рассказывалось о попытке местных властей избавиться от излишнего количества сверхштатных и уволенных за взяточничество и другие должностные преступления чиновников, семьям которых тем не менее по тогдашним правилам выделялись денежные пособия. Что обременяло, вернее, опустошало и без того тощую губернскую казну:

В Архангельской губернии в 1858 году числилось до 130 чиновников, состоявших вне службы за излишеством от комплекта и за штрафами, и до 300 их жен и детей обоего пола, которые по неимению определительных средств к пропитанию, тяготятся своею участью и обременяют собою других.

В этой губернии, где вся земля составляет казенную собственность, чиновник, не имеющий по разным причинам возможности занять должность на службе от правительства, не может ни получить себе оседлости, ни иметь от трудов своих средств к пропитанию с семейством. И затем чиновники без занятий, тем временем умножаясь семействами, должны пропитываться за счет других и служат обременением для общества.

В заботливости об участи этих чиновников и семейств их, начальник губернии Николай Иванович Арандаренко, находя полезным к обеспечению этого класса дать средства основаться в этой или в других губерниях, где бы они могли собственными трудами снискивать себе пропитание и устроить потомству своему лучшую будущность, при Высочайшем посещении Государем Императором города Архангельска в 1858 году имел счастие поднести Его Величеству всеподданнейший свой доклад об устройстве участи тех чиновников.

Всеподданнейший доклад его передан был на соображение в комитет гг. министров. Государь Император, согласно положению комитета гг. министров, Высочайше утвердить соизволил представление г. министра государственных имуществ, чтобы наделить этих чиновников землею из казенных участков Самарской, Тобольской или же в пределах Архангельской губернии на следующих основаниях:

а) чиновники эти, сохраняя права своего состояния, получат в какой пожелают из поименнованных губерний на каждое семейство в потомственное владение по 60 десятин земли в виде Монаршей милости без платежа поземельной подати, но участвуя, однако, в земских повинностях,

б) переселение и самое водворение на новых местах должно быть произведено сими чиновниками на собственный их счет,

в) продажа предоставленных им участков и вообще переход оных от одного владельца к другому иным способом, кроме наследства, воспрещается. При разделе же по наследству участок передается без всякого раздробления в полном его составе старшему в роду наследнику, имеющему по закону право пользоваться таковым участком.

Во исполнение Высочайшей воли, сделано дознание, кто из означенных чиновников и в какой именно из поименованных губерний желает воспользоваться на изложенных основаниях казенными землями. Оказалось, что 60 семейств желают получить участки земли в Архангельской губернии, 7 — в Самарской и 3 — в Тобольской.

В дополнение к процитированному следует сказать, что в Архангельской губернии все свободные казённые земли представляли собой лесные площади, в том числе заболоченные. И на месте убедившись в этом, чиновники, скорее всего, передумали. По крайней мере в архивных документах я не встречал упоминаний о столь крупных землевладельцах (одна десятина равнялась 1,09 гектара). А вот в Самарскую губернюю, возможно, кто-то и переехал. Но основная часть «обременителей общества» предпочла остаться в Архангельске — чтобы, продолжая умножать свои семейства, получать на них из казны пособия...

В том же номере газеты была напечатана корреспонденция Н. Бабицына под названием «Голос с Севера»:

В последнее время во всех почти периодических изданиях встречаются известия и статьи, касающиеся внутренней жизни наших провинциальных городов. Статьи эти большею частию заимствованы из губернских ведомостей. До сих пор ни в одном журнале я не встретил какой-либо заметки об Архангельске. Отчего такое равнодушие к этому уголку России?.. Неужели в наших губернских ведомостях нельзя почерпнуть ничего, что бы заслуживало общего внимания?

Отчасти это справедливо. В самом деле, едва ли можно найти другие ведомости, так мало интересные как наши; они по неведомой доселе причине остаются очень равнодушны ко всем событиям, совершающимся как в городе, так и в самой губернии. В «Архангельских ведомостях» кроме сухих официальных известий, такс на жизненные припасы, да иногда кой-каких тощих статеек вы не встретите ничего. А между тем посмотрите на собратов других губерний. Какой контраст от прежних годов! Они уже успели значительно улучшить и оживить свои неофициальные отделы; мало того, в последнее время в некоторых губерниях появились листки и газеты местного издания; словом, везде и всюду замечается потребность умственного развития, умственной деятельности. Отчего же у нас такой жалкий застой?..

А Архангельская губерния, как торговая и промышленная и еще мало известная, представляет богатый неисчерпаемый источник для исследования и наблюдений; наконец, сам Архангельск, замечательный в обоих отношениях, заслуживает внимания и по своей общественной жизни. Но губернские ведомости и в этом случае остаются глухи и немы.

Да, не мешало бы некоторым лицам побольше обратить внимания на губернские ведомости; быть может, вместо теперешних сереньких тощих листочков с плохонькими и пустенькими статеечками явилось бы что-нибудь дельное и занимательное.


Не так давно один молодой человек предложил издавать в городе журнал, цель которого была ознакомление с краем. И что же? Предложение это встретили рядом насмешек и, несмотря на его доводы и убеждения, что при общем сочувствии издание журнала может состоятся, никто не хотел и слышать об этом. Немудрено, что молодой человек должен был отказаться от своего намерения.

Замечу еще, что число читающей публики в нашем городе ограничено и при всем том бедность в журналах ощутительна; всякий, скорее, согласится проиграть 10-15 рублей в вечер, чем выписать дельный современный журнал.

Правда, как неутешительны в наше время подобные явления, но это факты!

Скажу несколько слов о наших училищах. В городе уже лет десять как существует училище для девиц, пользующееся доверием и любовью. Годовая плата в нем довольно умеренная и при разумно принятой здесь методе преподавания училище образовало очень много хороших воспитательниц. От души желаем больших успехов и на будущее время.

Теперь считаю долгом обратить внимание на вновь учрежденное приходское училище в селении Соломбала. Учреждение это принадлежит здешнему Военному Губернатору, Генерал-Адъютанту Б.А. Глазенапу, который способствует в нашем городе всеми зависящими от него средствами к развитию народного образования.

Потребность приходского училища, давно ощущаемая жителями, видна по числу учеников, поступивших в первый же день его открытия. Число это простиралось до ста; в настоящее время цифра достигла до двухсот и прием прекращен.

Мы со своей стороны укажем на весьма важный недостаток в устройстве этого училища. В нем помещается два класса и в каждом из них 90 человек. Можно ли при таком огромном стечении учеников одному преподавателю, как бы деятелен и внимателен он ни был, постоянно следить за успехами каждого ученика? Весьма понятно, что нет, и недостаток этот, господствующий в других училищах, заслуживает того, что бы на него обратили внимание. Тогда и ожидаемая польза от учеников была бы вернее.

Ожидаю и надеюсь, что голос мой не останется гласом вопиющего в пустыне.

В заключение для пояснения только замечу, что упомянутый выше молодой человек — это ныне практически забытый местный краевед, архивист и литературно одарённый человек — Михаил Фёдорович Истомин (1821-1862). И, скорее всего, он и был автором второй корреспонденции, скрывшись при этом под псевдонимом «Н. Бабицын».

Предыдущий пост - «Красная газета» о красном Архангельске